?

Log in

No account? Create an account
Хмурая осень, хмурый погост. Холод собачий.
Военный оркестр «лабает жмура»
- играет на гражданских похоронах. Оплата наличными.
  Вот они, первые ростки коммерции в Красной Армии.
По меркантильным соображениям, численность творческого коллектива урезана,
 до минимума. В узких кругах, такой состав именуется «скрипка, бубен и утюг».
Пять сверхсрочников с трубами и молодой воспитанник оркестра. Последний присутствует здесь, не за мастерство исполнения Шопена, на тарелках и большом барабане одновременно. На нем лежит «сверхзадача»: доставить усталые инструменты,в расположение оркестра и единственным бонусом ему будет, сегодняшний прогул школы.
Траурный митинг идет своим чередом.
Оркестр «гнездится» за надгробиями. В холодных сумерках растворяется медь труб. Музыканты-сверхсрочники, подпитывая тела портвейном, где то в недрах шинелей,  греют металл своих мундштуков. Курят в кулачёк. Вполголоса травят байки. Всё как всегда.
И только воспитанник нервничает. Он боится глядеть в сторону гроба, так как впервые присутствует на траурной церемонии, а портвейн, в четырнадцать лет, пить ещё не положено.
Траурный митинг затягивается. Люди говорят речи,
склоняются к усопшему, в общем скорбят.
 И тут старшина оркестра, мохнабровый валторнист,
обращается к музыкантам:
-«Ну что, кого сегодня будем посылать, от оркестра,
целовать усопшего?».
-«Дык, это, как всегда, самого молодого и выделим»,
отзывается седой трубач с фиолетовым носом,
-«Мы-то все, уже по сто раз целовали…»
Пять пар глаз смотрят на воспитанника, которому хочется спрятаться в большой барабан и накрыться тарелкой.
Он затравлено оглядывается по сторонам, тарелки готовятся стать летающими, а вся мировая музыкальная общественность, готовится идти, по хорошо известному на Руси адресу. Но в этот момент митинг заканчивается и с первым, наспех взятым, аккордом медленного марша, на юного музыканта накатывает сладкая мука творчества, в которой растворяются остатки пережитого страха. Звучит Шопен, на тарелках и большом барабане одновременно. Слезы из глаз.
Позже, в теле пропахшего табаком, автобуса, где сверхсрочники делили деньги, при этом продолжая «тренировать» талантливые организмы, неизменным портвейном, мохнабровый старшина, эакусывая любимый напиток ароматным плавленым сырком, всё - же выдал молодому музыканту его первый заработок       
1 рубль 50 копеек.

Шла осень 1974 года.    До Афганистана оставалось пять лет
.



Скажите, - Он просто железяка.  Скажите, - У него нет души. 
Уже и  двигатели сняли, а без двигателей, как взлетишь?

Так стоял он, в ожидании неминуемого  разрушения,  считал дни,
и просил у своего старого друга, ветра, одного, но сильного порыва.
Однажды ветер его просьбам внял. И расправив крылья,

в последний раз, оторвал самолёт переднюю стойку от планеты Земля,
устремил  взор свой  в небо и замер... 

Прелюдия рыбалки


 

Когда мужчину тянет на рыбалку,  для женщины это благо,
ибо у неё появляется возможность, несколько дней, отдохнуть
от его присутствия, ничуть не смущаясь, как монашка в медовый месяц.                        
А как мужчина собирается на рыбалку!!!
Это симфония упоения, упоения  предвкушением Большой  рыбалки.
А какие фантазии, посещают мужчину, в момент, когда он перебирает
блёсны и наматывает новые лески,  на уставшие, от ожидания,
спиннинговые катушки.   В этот момент он не верит,

ни "Единой России", ни "ЛДПР", ни даже "КПРФ"- НИКОМУ.
Он свято верит, лишь в свою снасть, в её уникальную уловистость.
Ему чудится, как в неведомых глубинах, расталкивая сильным
телом, своих  мелких  сородичей, её будет атаковать огромная рыба.
К сожалению и зачастую, сама рыбалка,
является всего лишь
 «послевкусием» 
великого таинства подготовки.

 


На улице, мело четвёртые сутки. Пурга однако…

Экипаж, застрявший в гостинице, где то на «северах», коротал время 
 за игрой в карты, периодически разбавляя спирт талой водой. 
 Этот «марафон», проходил до последнего, «живого» за столом.
Молодой борттехник, первая командировка,
изучая азы карточной игры, старался концентрировать остатки внимания. Это ему едва удавалось.Тяжёлые веки закрывались сами собой.
Остальные, изнуряя себя спиртовой диетой, возносили хвалу, своему самолёту, ругали погоду и рассказывали друг другу «бородатые» анекдоты. И что странно, все смеялись, хоть каждый слышал эти байки много раз. Видимо спирт, оказывает такое, благотворное влияние на человеческую память.
Карточная игра шла «по копеечке» -  деньги не должны уходить из экипажа.
Видя, что борттехник героически борется с объятиями Морфея, седой командир подал знак, и предметом разговора за столом, стал спирт. 
 Осушив свой стакан, штурман крякнул:
- Чё то спирт, какой то «не того», -  и толкнул борттехника,
- Ты где его взял? 
- На складе,- ответил сонный голос.
- Плохой спирт, может хреново сказаться на потенции,
- поддержал разговор второй пилот,- раз выпил и всю жизнь "наполшестого" 
- А во время войны, от плохого спирта,
много народу ослепло, - резюмировал командир.
Борттехник прикрыл глаза, утащив последние слова
командира в негу сладкой полудрёмы.
Радист поднялся и выключил в комнате свет.
Ночь. Темнота. 
- Червями ходи; сказал командир, шлёпнув
молодого по плечу.Парень открыл глаза,
пытаясь разглядеть карты в руке. 
Ночь. Темнота. 
Только рядом по-прежнему идёт игра.
- Братцы, да я ослеп, проклятый спирт.
Грохот падающего стула и вопль; - Аааа….
Включили свет, все улыбаются.
Борттехник, протирая глаза
и всё ещё не веря в своё чудесное прозрение,
 бросил карты на стол
и с возгласом: « У.. суки», пошёл спать.

Шёл 1986 год и антиалкогольная компания.

 

 



 Если двумя пальцами, сильно надавить на глазные
 яблоки, то непременно увидишь солнце.
 Я понимаю, что гораздо приятнее, видеть и слышать
 Веру Брежневу, чем  Леонида Ильича Брежнева,
 но что-то неладно, если «Comedy club»,
является иконой молодёжной субкультуры,
а всякие  «звездуны» и «звездульки» столичного
гламура, объявляют себя «элитой» нации,
но при этом, перед камерами, они легко могут
справить нужду в храме, синагоге или мечети.
 Я понимаю,  что ещё, в пубертатный период
Российской демократии, начала 90 х годов
прошлого века, возникла необходимость
в национальной идее.
"А воз и ныне там"(басня дедушки Крылова).
 Интеллигенция  безмолвствует, в основном,
решая  свои коммерческие задачи,
или призывает к толерантности.
Лично я, не могу быть толерантен, по призыву. 
Извините, быть может я не современен,
но для меня, ваши геи, навсегда,
так и останутся пи****сами.
Для многих, власть имущих, Россия вообще,
заканчивается за МКАДом.
Поголовное пьянство оправдывается особым
менталитетом и загадочной русской душой.
Существует Министерство молодёжной политики,
но самой этой политики, несуществует.
Почему?
 Потому,что,
если двумя пальцами, сильно надавить на глазные
яблоки, то непременно увидишь солнце.



 


Tags:

Звонок.



 

Однажды, мне на "мобилу", был звонок.
 Из внутренностей трубы, хорошо поставленный 
женский голос, чуть поздоровавшись, начал разрушать мой мозг. 
 Якобы, собеседница, имеет информацию о том, что я, в нарушение предварительных договоренностей, всё же буду подавать в арбитраж.
- Вы же обещали, не делать этого и обманули.

В голосе звучала обида, как за поруганную девичью честь.
- А зачем Вы тогда, деньги брали,если знали, что будете подавать.
При слове "деньги", я напрягся и решил "выйти из сумрака",
но девушка жёстко шла в наступление. В её голосе появилась
«сталь» и нотки - угрозы. 
Когда она, на секунду замолчала, видимо собирая силы для последнего броска,  я успел выпалить  скороговоркой:
- "Девушкавыошиблисьномером".

- Что?- пауза,
- Как? - ещё пауза.
Лёгкий, нездоровый хохоток перерос в истерику
и приобрёл, какую-то извращённую форму смеха, и далеко не с первой попытки, ей удалось сказать: "Извините".
Мы посмеялись от души. Хорошо, что все входящие
звонки бесплатны и можно "покуражиться".



мой собак.



Когда дети выросли, а внуков ещё нет, начинаешь любить собак.

Этому существу повезло. Ему достаётся весь потенциал нерастраченной любви.

Его откровенно балуют и незаметно для себя «очеловечивают».

Он хорош лишь тем, что он есть. И точка.

 

Вот такая она, его нахальная, лабрадорская сущность.


Что хочет Аня М.т.

 

 

Вчера, в какой-то  рекламной газете, из тех,что принудительно
 вваливают в наши почтовые ящики,я увидел объявление:
«Продам Айфоню б.у. подробности при SmS перепихке.  Аня. М.т. 905.
Растолкуйте, пожалуйста, почему она продаёт Афоню, потому что он б.у.,
какие подробности "перепихка" и что такое 905, размер или возраст?
В общем: "Что хочет Аня М.т.?".

Навеяло этим снегом...


                       Сегодня опять замело.
 Откапывая гараж, я поймал себя на мысли,
 что хочу в Госдуму, депутатом, на зимний период,
что бы переждать в тепле морозы. Хотя там, и без меня,
многие  действительно, что- то переживают, в основном за бюджет.    

 
Чукотка.  Яркое солнце, температура – 25 градусов, ветер еще не проснулся. Угольная пыль, «припудрив» белый снег, вспоминает
 тепло кочегарки.

В снежном вихре, поднятом несущим винтом,
«пританцовывает» вертолет.
Сейчас мы полетим, развозить
гуманитарную помощь
местному населению, от кандидата в Губернаторы.
И это  совсем не бусы, а теплые пуховики и валенки.
Предвыборная  кампания, понимаешь….
Это был наш первый вылет, специально приглашенный, экипаж
из Горно-Алтайска
и я, авиационный координатор из Москвы.
 Аппарат  легко простился с планетой Земля.
В иллюминаторе, на белоснежном «экране», демонстрировался 
 силуэт вертолета  в
ярком солнечном  свете.  Этот «мультик» должен
был уже окончиться, так как расчетное
время полета до Чукотского
поселка вышло 10 минут назад.
Вдруг  солнце начало светить попеременно, то в правый, то в левый борт. Это мы летим, какими-то причудливыми, зигзагами.
 Я распахнул дверь в кабину экипажа:
- «Мы что заблудились?».

В ответ молчание, но машина  уже пошла к земле. Посадка.
Когда развеялся снежный вихрь,  второй пилот выпрыгнул на снег и я следом за ним. Ни какого поселка…., только  белая даль, во все стороны.
 Недалеко, за хвостом  вертолета, кучка Чукчей  увлечена  подледной ловлей корюшки.
 Мы  рванулись к ним.  Они  жестами рук,  указали нам направление и устно сообщили удаление до поселка. Пытливый ум местного жителя хотел от нас, какой-то  информации, но мы уже бежали к  вертолету, незлобно ворчащему, вращающимся винтом.
 Взлет и через 10 минут машина раскидывала снежный вихрь в центре поселка.  Посадка.
    Местные собаки и дети, одинаково нахальны.  Отталкивая друг друга, они пытались  проникнуть внутрь вертолета, в то время, пока несколько  чукчей разгружали подарки. Работали шустро, то ли потому, что мороз крепчал, то ли потому, что обувь, на ногах грузчиков,была явно не по сезону: китайские кроссовки, которые, судя по их состоянию, разнашивали  еще Конфуций и его ученик Цзы-Гун.
 Какой-то, тепло  одетый, представитель местной власти, забытый здесь комсомольцами первого набора, был занят подсчетом подарков. Я обратился к нему с предложением, выдать привезенные валенки бригаде здесь и сейчас. Он высказал предположение, о том, что валенки уже через  час перейдут в «жидкое» состояние, так как будут обменены в коммерческом магазине на водку, потом помолчал,  и все же «дал добро». Лица людей засветились неподдельной радостью,  их труд был немедленно вознагражден.
 Я не сомневался, в том, за кого из кандидатов позже проголосуют  эти бойцы.
 Однако, пора в обратную дорогу, на севере день короток.
  А завтра опять в полет…
  И снег, снег кругом………


Шутка не прошла....


Осень, непроглядные сумерки.
Какая то хандра, что ли...
Может кризис старшего возраста...
Нет, право дело, еще рано жить воспоминаниями,
но может, все таки, стоит вспомнить, что ни будь хорошее,
что бы психика не расплавилась, как церковная свечка...

Сибирь. 1980 год.
Мы, два молодых лейтенанта ВВС, направлялись в командировку, на авиаремонтный завод. Помимо необходимых вещей, нам пришлось тащить с собой два парашюта, для подготовки 
отремонтированных самолётов к перелёту.
 Пока собирались и добирались до гражданского аэропорта, регистрация на наш рейс уже закончилась. 
Кто сможет отказать двум офицерам ВВС? Максимально подняв наш статус, заявлением о государственной важности полёта, мы спешно поднялись на борт старенького Ан-24.
 Пассажиры настраиваются на полет, отгоняют дурные мысли, тихо "мандражируют". Кто то  крестится.
Стюардесса, любезно предлагает убрать наши вещи в багажник, на что, мой коллега, громко отвечает: «У нас в сумках парашюты и они, нам самим, ещё могут пригодиться». И далее, проходя по салону,
бросает притихшим пассажирам: «Ну что напряглись покойнички?  Щас полетим».
В самолете наступила филармоническая тишина; это когда оркестр смолк, а апплодисментов еще не слышно.
Стюардесса  прошмыгнула в кабину экипажа. Жаловаться будет, подумал я и поправил фуражку.
Через минуту, в салоне появился командир корабля, седой дядька лет пятидесяти.  Он незамедлительно «озвучил» все свои самые потаенные мысли о нас, наших родственниках, а также  Военно-воздушных силах и Советской Армии в целом. И мысли эти, носили ярко выраженный, сексуальный характер.
В общем, шутка не прошла...                                                      

 

Tags: